Учитель и ученик. Традиция в русской школе живописи

У Иоганна-Бат­тиста Лампи-стар­шего брал уроки жи­во­писи Вла­ди­мир Лукич Бо­ро­ви­ков­ский. Дело в том, что когда он при­ехал в Санкт-Пе­тер­бург, ему было уже за 30 лет, в Ака­де­мию его не при­няли, по тем вре­ме­нам это был уже очень со­лид­ный воз­раст. Родом Бо­ро­ви­ков­ский из Мир­го­рода, он был ико­но­пис­цем. Когда Ека­те­рина II от­пра­ви­лась в свою зна­ме­ни­тую по­ез­дку в Крым, для одного из двор­цов, где она должна была ос­та­но­виться, Бо­ро­ви­ков­скому за­ка­зали рас­пи­сать два панно. На одном ху­дож­ник изоб­ра­зил Ека­те­рину II, дающую наказ муд­ре­цам из Греции, а на втором - Петра I в роли пахаря, и Ека­те­рину Ве­ли­кую, сеющую за ним. Ека­те­рине Ве­ли­кой панно пон­ра­ви­лись, и она велела ху­дож­нику при­ехать в Пе­тер­бург, так Бо­ро­ви­ков­ский ока­зался при дворе.

Учился у И.Б.Лампи-стар­шего и Дмит­рий Гри­горь­евич Ле­виц­кий, наш ве­ли­кий пор­тре­тист, автор па­рад­ных пор­тре­тов Ека­те­рины Ве­ли­кой. Но его глав­ным учи­те­лем, у ко­то­рого он не только учился, но и жил в доме был Алек­сей Пет­ро­вич Ан­тро­пов.

У Д.Г.Ле­виц­кого обу­чался ис­кусс­тву жи­во­писи Степан Се­ме­но­вич Щукин, ко­то­рый в свою оче­редь стал учи­те­лем Ва­си­лия Ан­дре­евича Тро­пи­нина.

Тро­пи­нин, ко­то­рого за яр­кость красок на­зы­вали “рус­ским Ти­ци­аном” был кре­пос­тным ху­дож­ни­ком графа Мар­кова. Он по­лу­чил маль­чика-ху­дож­ника в ка­чес­тве при­да­ного бу­ду­щей жены (вместе с плать­ями, дра­го­цен­нос­тями, по­су­дой и ме­белью), и на про­тя­же­нии многих лет от­ка­зы­вался давать ему воль­ную. Марков от­пра­вил юного Ва­си­лия Тро­пи­нина учиться в Пе­тер­бург, но не жи­во­писи, а кон­ди­тер­скому делу. Уже в те вре­мена кон­ди­теры не только пекли, но и соз­да­вали на тортах фигуры жи­вот­ных и даже людей, граф решил, что нашел хо­ро­шее при­ме­не­ние та­ланту своего кре­пос­тного. В те вре­мена уроки ри­со­ва­ния в Им­пе­ра­тор­ской Ака­де­мии ху­до­жеств могли по­се­щать все же­ла­ющие не­за­ви­симо от сос­ло­вия, так кре­пос­тной ху­дож­ник стал воль­нос­лу­ша­те­лем Ака­де­мии. Воль­ную гра­моту Тро­пи­нин по­лу­чил только в 48 лет в ка­чес­тве пас­халь­ного по­дарка, его жена и дети при этом ос­та­лись кре­пос­тными. Жена ху­дож­ника Анна из­на­чально кре­пос­тной не была, он стала рабой выйдя замуж, по закону «идущая замуж за раба сама рабой ста­но­вится».

Именно Ва­си­лий Ан­дре­евич Тро­пи­нин был одним из ини­ци­ато­ров ор­га­ни­за­ции Учи­лища жи­во­писи, ваяния, и зод­чес­тва в Москве, ныне это Рос­сий­ская Ака­де­мия жи­во­писи, ваяния и зод­чес­тва в доме Юшкова на Мяс­ниц­кой улице.

Вла­ди­мир Его­ро­вич Ма­ков­ский первые уроки жи­во­писи по­лу­чил у своего отца, одного из ос­но­ва­те­лей Мос­ков­ского учи­лища жи­во­писи, ваяния и зод­чес­тва, Е.И.Ма­ков­ского и от В.А.Тро­пи­нина.

В начале 20 века ру­ко­во­дил пей­заж­ным клас­сом в Мос­ков­ском учи­лище жи­во­писи, ваяния и зод­чес­тва Апол­ли­на­рий Ми­хай­ло­вич Вас­не­цов, млад­ший брат ху­дож­ника Вик­тора Вас­не­цова.

На выс­тавке пред­став­лен этюд Ле­ви­тана. Одним из учи­те­лей Ле­ви­тана был В.Д.По­ле­нов.

Как обычно, за­вер­шаю обзор своим фа­во­ри­том этой выс­тавки. Это кар­тина кисти Петра За­ха­ро­вича За­ха­рова-Че­ченца, ху­дож­ника не­обыч­ной и грус­тной судьбы. В трех­лет­нем воз­расте че­чен­ского оси­ро­тев­шего маль­чика забрал к себе казак За­ха­ров (отсюда имя и от­чес­тво ху­дож­ника, своего нас­то­ящего имени он не помнил). Под­рос­шего Петра взял на вос­пи­та­ние ге­не­рал П.Н.Ер­мо­лов В 1833 году Петра За­ха­рова за­чис­лили в Пе­тер­бург­скую ака­де­мию ху­до­жеств, устав Ака­де­мии не поз­во­лял при­ни­мать «ино­род­цев», по­этому он был принят воль­нос­лу­ша­те­лем. Став ху­дож­ни­ком, он стал под­пи­сы­вать свои кар­тины «За­ха­ров из че­чен­цев», «За­ха­ров-Че­че­нец» или «За­ха­ров-Да­да­юрт­ский» (по наз­ва­нию че­чен­ского аула, где его нашли). Он был очень та­лан­тли­вым пор­тре­тис­том, но судьба от­ме­рила ему всего 30 лет жизни.