“Красная Москва” – выставка, куда аллергикам вход воспрещен, а холостякам – рекомендован

И все эти аро­маты вы сами можете не только пос­лу­шать, но и про­чувс­тво­вать через очень умес­тно по­доб­ран­ные цитаты Юрия Олеши, Ва­лен­тина Ка­та­ева, Пан­те­лей­мона Ро­ма­нова, Ильи Эрен­бурга и других сви­де­те­лей эпохи.

Более 200 эк­спо­на­тов, от работ из­вес­тных жи­во­пис­цев до вин­таж­ных ак­сес­су­аров, пред­став­ляют ин­дус­трию кра­соты и ис­то­рию пре­об­ра­зо­ва­ния со­вет­ской пов­сед­нев­ности.

Гвоздь прог­раммы - «пар­фю­мер­ный орган». Так на­зы­вают ра­бо­чее место пар­фю­мера, пред­став­ля­ющее из себя стол (по­лук­руг­лый или прямой) с пол­ками в нес­колько рядов, на ко­то­рых рас­став­лены ём­кости с на­ту­раль­ными и син­те­ти­чес­кими аро­ма­ти­чес­кими эс­сен­ци­ями. Но на выс­тавке пред­став­лен дей­стви­тельно орган, при помощи ко­то­рого можно поз­на­ко­миться с семью “нотами” «Крас­ной Москвы», а также са­мос­то­ятельно менять то­наль­ность ком­по­зи­ции, варь­ируя кон­цен­тра­цию сос­тав­ля­ющих. Можно со­чи­нить свою ком­по­зи­цию, ис­поль­зуя семь нот, среди ко­то­рых - ирис, жасмин, бер­га­мот, ко­ри­андр и даже модный в начале ХХ века аль­де­гид C-12.

Эта му­зы­каль­ная ме­та­фора вдох­нов­лена сло­вами фран­цуз­ского пар­фю­мера Ав­густа Ип­по­ли­то­вича Мишеля, став­шего "глав­ным носом СССР" и соз­дав­шего аромат духов "Крас­ная Москва", ко­то­рый писал: "Флакон духов - это хор или ор­кестр. Здесь есть нежные голоса, ви­олон­чели, есть скрипки. И есть басы. Это гро­мо­вые запахи. Взятый от­дельно, такой запах-кон­тра­бас по­ка­жется вам нес­тер­пи­мым. А здесь они все спе­лись. Вы слу­ша­ете лишь общую сим­фо­нию".

Отнюдь не в ка­чес­тве ан­ти­рек­ламы, а только для пре­дуп­реж­де­ния (ко­то­рое есть и на самой выс­тавке): в оль­фак­тор­ных объ­ек­тах и ин­стал­ля­циях ис­поль­зу­ются раз­лич­ные ду­шис­тые ве­щес­тва, по­этому, если Вы ал­лер­гик или у Вас есть по­вы­шен­ная чувс­тви­тель­ность к от­дель­ным аро­ма­там или их ком­по­нен­там, то данную выс­тавку лучше по­се­тить вир­ту­ально.

А вот кому срочно нужно бежать в центр “Зотов”, так это муж­чи­нам, на­хо­дя­щимся в поиске под­руги жизни. Фла­коны духов, пуд­ре­ницы, пар­фю­мер­ные ко­ро­бочки при­тя­ги­вают на выс­тавку дам разных воз­рас­тов и ин­те­ре­сов как маг­ни­том. И зна­комс­тво за­вя­зать просто: “Вам какой аромат больше пон­ра­вился: ке­ро­син или кре­озот?” или эле­ган­тнее: “Чьё твор­чес­тво Вам ближе: Кон­стан­тина Юона или Игоря Гра­баря?”

Все по­се­ти­тель­ницы в хо­ро­шем рас­слаб­лен­ном нас­тро­ении не только от аро­ма­тов, но и от всей ат­мос­феры: цве­то­вая гамма выс­тавки — раз­но­об­раз­ные от­тенки крас­ного. Стены решены в цвете духов «Крас­ная Москва». Бор­до­вый и крас­ный про­дол­жа­ются в кисее и бар­хате. По­лу­чился за­га­доч­ный будуар, ук­ры­тый за стру­ящи­мися крас­ными нитями, что легко рас­сту­па­ются и смы­ка­ются вновь, очень рас­по­ла­га­ющий к при­ят­ным зна­комс­твам.

Самым из­вес­тным пар­фю­ме­ром старой Москвы был Генрих (Анри) Афа­нась­евич Брокар. 39 лет фран­цуз прожил в России, прев­ра­тив­шись здесь в Андрея Афа­нась­евича. Он начал свое дело в 1864 году: ус­пешно тор­го­вал мылом для детей в виде зве­рю­шек и букв, по­пу­ляр­ным — «На­род­ным» по одной ко­пейке, а также «Банным». В ис­то­рию пар­фю­ме­рии пред­при­им­чи­вый фран­цуз вошел с оде­ко­ло­ном «Цве­точ­ный». Бро­ка­ров­ский фонтан, из ко­то­рого вместо воды бил оде­ко­лон, в 1882 году про­из­вел нас­то­ящий фурор на Все­рос­сий­ской ху­до­жес­твенно-про­мыш­лен­ной выс­тавке. По­се­ти­тели под­став­ляли под струи фон­тана свои одежды, шляпы, пер­чатки, на­пол­няли ду­шис­той жид­костью бу­тылки. Брокар был также изоб­ре­та­те­лем и ду­шис­тых чернил.
Ди­ко­вин­ные чер­нила у Бро­кара го­то­вили на основе цве­точ­ной воды из роз, сирени, фиалок.

После на­ци­она­ли­за­ции фаб­рики ра­бо­чие выб­рали уп­рав­ля­ющей бывшую прис­лугу у Бро­ка­ров Дуню Ува­рову. Когда шесть кор­пу­сов фаб­рики Бро­кара отдали Гоз­наку, про­из­водс­тво, ка­жется, ничто не могло спасти. Но Дуня до­би­лась встречи с Ле­ни­ным и Ка­ли­ни­ным и убе­дила сох­ра­нить завод. Его не зак­рыли, но из от­лично обо­ру­до­ван­ных по­ме­ще­ний пе­ре­вели в здание по со­седс­тву, где раньше была обой­ная фаб­рика. Ра­бо­чие сами сде­лали ремонт, пе­ре­несли обо­ру­до­ва­ние в новое по­ме­ще­ние и на старых за­па­сах во­зоб­но­вили про­из­водс­тво. Они рас­счи­ты­вали про­дер­жаться хотя бы три года. Но в итоге бро­ка­ров­ская фаб­рика, ны­неш­няя "Новая заря", ра­бо­тает по сей день.

При­хо­дите на выс­тавку вдох­нуть аро­маты давно ми­нув­ших дней.